Центр поддержки
профессиональных союзов
и гражданских инициатив
Сильная рука слабой власти

Сильная рука слабой власти

Ровно сто лет назад в России возникло профсоюзное движе­ние. Оно окрепло на волне революций 1905-1907 и 1917 годов. Сейчас, век спустя, страна снова объята массовыми акциями протеста. Кто и против чего протестует? Об этом в беседе с корреспондентом «Открытой» газеты рассуждает председатель Ставропольской краевой организации работников автомобильного транспорта и дорожного хозяйства Галина ПАСЕЧНИК.


ФУНДАМЕНТ ОБЩЕСТВА


Как вы считаете, нынешнее проф­движение в России обладает какой-то реальной силой?

Во всем мире профсоюзы являются фундаментом гражданского общества. Это устойчивые организации, им доверяет большинство людей (в отличие от по­литических партий, которые у многих вы­зывают отторжение). В России также множество профсоюзов (в Минюсте их зарегистрировано около двухсот). Но почему тогда проблемы с выплатой зарпла­ты не решаются, а напротив, лишь усугуб­ляются, стремительно растет безработи­ца и производственный травматизм? осмотрим на примере Ставрополья.

Федерация профсоюзов Ставрополь­ского края (ФПСК), по заявлениям ее ли­деров, объединяет порядка 400 тысяч ставропольцев. Но посмотрите, чем зани­мается эта организация! Она лишь ими­тирует бурную деятельность, основную же энергию в лице своих лидеров тратит на борьбу с неугодными. Заявляя о гигантс­кой численности,. ФПСК выводит на акции протеста максимум 3-5 тысяч человек. Ее председатель Владимир Брыкалов на не­давних выборах в Госдуму РФ пошел са­мовыдвиженцем, хотя средства на веде­ние выборной компании ему дали проф­союзные здравницы. В общем, действенность таких структур иллюзорна, и именно поэтому в обществе укорени­лось недоверие к профсоюзам вообще, которые-де «ни на что не способны».


Может быть, нашей стране вооб­ще не нужны профсоюзы?

В России слабая власть - мы это ви­дим по уровню преступности, по темпам вымирания населения. Но власть наша и очень нахальная. По сути, ей никто не противостоит, потому-то она и делает с нами, что хочет - как в феодальном об­ществе.

В новой России общество ни разу не оказывало настоящего протеста власти - были лишь отдельные всплески протестной активности. В прошлогоднем своем послании к Федеральному собранию Пу­тин привел такие цифры: с 1998 по 2002 год количество участников забастовок уменьшилось с 900 тысяч до 5 тысяч че­ловек. При этом в стране высок уровень бедности - 25 процентов (эта цифра тоже взята из президентского послания, хотя, на самом деле, по подсчетам экспертов, за чертой бедности живет около полови­ны населения). Но если мы такие нищие, то социальный протест должен расти. Пока его нет - никто всерьез с нищетой бороться не станет.


В ПОИСКАХ МОЛОДОЙ КРОВИ


Насколько я знаю, вы являетесь краевым представителем такой орга­низации, как Профцентр. Расскажите, что это за структура?

Днем рождения Профцентра счита­ется 29 мая 2002 года; его создали уважа­емые мною люди - известный правоза­щитник Лев Пономарев, новгородский вице-губернатор Владимир Подопригора и экс-губернатор Кемерово Михаил Кислюк, возглавлявший рабочее движение Кузбасса на рубеже 80-90-х годов. Это никем не ангажированная региональная общественная организация, открытая для сотрудничества со всеми - рабочими, крестьянами, партиями, профсоюзными объединениями, включая Федерацию не­зависимых профсоюзов России (ФНПР) и ФПСК, отраслевые профсоюзы и их «первички», гражданские и государственные структуры. Главная цель организации от­ражена в ее названии - это поддержка профсоюзов и гражданских инициатив.

Мы пытаемся создать площадку, на ко­торой могут дискутировать, обменивать­ся идеями, договариваться о взаимной поддержке самые разные общественные силы. Но мы не хотим стать профсоюзом или профобъединением, потому не кон­куренты ФНПР и других профорганиза­ций. Но вот стимулировать активность последних, безусловно, будем.

Причем, говоря о российском рабо­чем движении, я как профессиональный профсоюзный работник своему делу не изменяю. Призывов типа «Люди, уходи­те из ФНПР!» не делаю и делать никог­да не буду. Дело в том, что ФНПР и ФПСК - это не личная вотчина их лиде­ров. В первую очередь это объединение людей, нуждающихся в защите и ис­кренне верящих в силу профсоюзного движения Ставрополья.


Что же конкретно вы делаете?

Сегодня все понимают, что проблем в стране множество, но они не решаются. Вытащить Россию из этой ямы могут только люди с активной гражданской позицией и профсоюзы. Мы уже создали общественный совет по экономике и тру­ду; в рамках Профцентра регулярно дей­ствует профсоюзный семинар - на нем уже выступали известные ученые, депута­ты Госдумы, общественные деятели.

Основная наша задача - поиск новых профсоюзных лидеров. Сегодня стране нужна новая волна профлидеров, которые' не висят на крючке у власти. Те профбос­сы, имена которых на слуху, несамостоя­тельны. Они не очень-то нуждаются в рядовых членах организации - ни в их мне­нии, ни в их взносах.

Если на 75 процентов ФПСК живет, коммерческой деятельностью, зачем ей, согласитесь, трудящиеся?! Если в струк­туре доходов профорганизации взносы составляют менее половины, то через суд она должна быть признана не профсоюз­ной. Профцентр выступает с инициати­вой: закрепить этот критерий в законода­тельстве России.


Но ведь тогда многие профсоюзы просто развалятся! Люди-то сегодня не могут платить большие взносы!

Легко развалить только такую структуру, которая к развалу готова. Самое рас­пространенное отношение членских взно­сов к зарплате во всем мире -1 процент, и профсоюзы этим живут: платят-то взносы миллионы, а из миллионов ручейков и возникает мощная финансовая река. Меж­ду прочим, вся недвижимость ВЦСПС воз­ведена на профсоюзные взносы.

При серьезном отношении к взносам (и значит - к членству в организации) у профсоюза появляется еще один стимул бороться за высокую зарплату. Как мы мо­жем контролировать макроэкономику? Че­рез заработную плату! Мы знаем, что топ-менеджеры ведущих компаний страны по­лучают в месяц тысячи долларов. И ради бога, пусть получают - государство богато богатыми гражданами. Но люди наемного труда тоже должны получать достойную зарплату. Россия на пороге ВТО, нас вроде бы признали государством с рыночной экономикой - но, скажите, о какой настоя­щей рыночной экономике идет речь при средней зарплате по стране в $150?!

Мы должны поднять минимальную зар­плату не до 600 рублей (за что последние годы ратует ФНПР) и даже не до трех ты­сяч. Эксперты ООН подсчитали, что мини­мальная зарплата для элементарного вы­живания - порядка $500 в месяц. Так да­вайте увеличим зарплату до мирового стандарта. Тогда возрастут не только профсоюзные взносы, но и налоговые платежи, и качество жизни.


ПРОТЕСТОВАТЬ - ТАК ВСЕРЬЕЗ!


Какими методами профсоюзы мо­гут реально продавливать через власть свои решения?

Исторический опыт показывает, что эффективнее всего следующая тактика. Несколько лет копятся ресурсы - матери­альные, интеллектуальные, организаци­онные - чтобы раз в несколько лет «выс­трелить». Но возмутиться члены профсо­юза должны всерьез и в нужный момент - скажем, в период заключения коллек­тивного договора или тарифного согла­шения. К примеру, нужно заставить госу­дарство проиндексировать зарплату бюджетникам не на 20 процентов, а в разы. А затем снова копить силы и ре­сурсы для нового «выстрела», не разма­зывая их по пустякам.


А как же искусство компромисса,без которого немыслима политика?

Выпрашивать социальные блага у власти - унизительно и неверно по сути. Свое нужно только требовать! Сегодня мы много говорим о социальном партнерстве. Но пока это лишь слова: власть и работодатели постоянно нарушают соци­альный договор с обществом, с наемными работниками - нам задерживают и без того мизерную зарплату, раз за разом от­нимают все больше социальных благ.

Противопоставить этому можно только массовые забастовки. У нас люди предпочитают устраивать голодовки, хотя во всем мире наиболее цивилизованной и эффективной формой протеста считают именно забастовки. Работодатель за­держал мне зарплату и, по сути, таким образом нарушил Конституцию. Если я не­медленно останавливаю работу и объяв­ляю забастовку, то, по сути, я защищаю Конституцию! Вот такой подход..


Но ведь даже лишение граждан льгот не вызвало в стране настоящего массового протеста. Сдается мне, наши люди никогда не научатся защищать свои права.

Изменить психологию людей не так-то просто: сорок лет Моисей водил евреев по пустыне, чтобы вымерло рабское поко­ление. И в российской истории был пере­ломный период «хождения в народ». Интеллигенция пошла в деревню, где жила основная рабочая сила - крестьянство, и объясняла ей, что за свои права надо бо­роться. Никто в мире не дарит конститу­ций, прав, свобод, везде их добиваются, объединяясь для этого в различные структуры гражданского общества.


Вы - известный профсоюзный ли­дер. Вас не обижает то, что простые люди воспринимают профбоссов ис­ключительно как рвачей?

Да, мне как профдеятелю со стажем стыдно, что во Дворце профсоюзов раз­вели откровенно неприличные учрежде­ния, а затем и вовсе продали его за «шапку сухарей». Мне обидно, что проф­союзные здравницы - при хронической нехватке средств на дополнительные от­пуска за работу во вредных условиях и отсутствии путевок для реабилитации по­лучивших производственные травмы - подарили три миллиона рублей на вы­борную кампанию главному «защитнику трудящихся», руководителю краевой ФПСК Владимиру Брыкалову. В то же время учредители ФПСК - отраслевые профсоюзы - устранены от управления профсоюзным имуществом, их финансо­вое положение унизительно. В крае нет забастовочных фондов, фонда поддерж­ки получивших трудовые увечья, фонда поддержки профработников.

Мне непонятны действия моих коллег, возглавляющих краевые организации об­щероссийских профсоюзов, не желающих обсуждать со своими членскими органи­зациями вопросы управления и целевого использования профсоюзного имущества. Не могу понять я, как они, по сути, переда­ли право управлять имуществом профсо­юзов президиуму ФПСК (в котором почти половина голосов принадлежит Брыкалову и его замам).

При таком раскладе деятельность ФПСК, ее президиума и самого профлидера Брыкалова не может не быть подвергнута кри­тике. Я много раз открыто говорила: имуще­ство профсоюзов {санатории, гостиницы, офисы, дворцы, стадионы, заводы), возве­денное на профвзносы нескольких поколе­ний практически всех российских граждан, давно вышло из-под контроля со стороны общества и уплыло в руки одиозных крае­вых профбоссов.

Господин Брыкалов и лидер краевой профорганизации работников образова­ния и науки Людмила Кораблева, нарушая ст. 29 Федерального закона «Об обще­ственных объединениях», не информируют общественность о сделках с профсоюзным имуществом. А те, кто интересуется делами этих профбоссов, оскорбляют их честь, до­стоинство и деловую репутацию. Они пода­ли на меня в суд. Может случиться, что этот суд частично примет их сторону.

Очень хочу, чтобы отсуженные деньги пошли на нужды рядовых учителей и врачей, а не на ремонт элитных квартир для профбоссов. Но даже если Брыкалов и Кораблева выиграют суд, то это будет пиррова победа. Потому что она не вер­нет профбоссам авторитет и уважение тысяч рядовых членов профсоюза, по сути, лишенных права распоряжаться своей собственностью.

  Беседовал Антон ЧАБЛИН

  «Открытая газета» №15(150) 20-27 апреля 2005 г., Ставропольский край.

 


<< Предыдущий разделК оглавлениюСледующий раздел >>

 
 

24.04.2016

Путин даже не вспомнил о профсоюзах

31.03.2016

Медведев переплюнул Шмакова

10.02.2016

Как профсоюзники «освоили» 90 миллионов

09.01.2016

Деление и вычитание

15.10.2015

Торговцы в профсоюзном храме

22.07.2015

От «откатов» до заката

Сегодня

22.10.2017
Яндекс.Метрика


Ссылки
Санатории России

 

115093, г.Москва, ул. Люсиновская, д.39, стр.5, подъезд 1, этаж 4

Тел.: 8 (909) 632-91-46

e-mail: profcenter@inbox.ru

Разработано в 2004