Центр поддержки
профессиональных союзов
и гражданских инициатив
Профсоюзная вертикаль

Профсоюзная вертикаль

Публикуем статью публициста и эксперта по профсоюзному движению Альберта Сперанского о конфликте между ФНПР и коллективом Академии Труда. Уточняем, что материал публикуется на правах выражения личного мнения – у сотрудников ИКД есть опыт судебных разбирательств с руководством ФНПР, привыкшим использовать суды для доказательства своей чести. Большая группа преподавателей и студентов Академии труда и социальных отношений решила 26 июня встретиться с председателем ФНПР господином Шмаковым. Они были возмущены тем, что без всяких объяснений, даже без обыкновенных рамок приличия, уволили их ректора.

Вновь поставленная охрана даже не пропускает его в здание, где он проработал двадцать пять лет, стал доктором наук, профессором, заслуженным деятелем науки России. В этом учебном заведение готовили не только профессиональные кадры, здесь воспитывали на демократической основе граждан своей страны, было создано вольное самоуправляемое общество. Независимо от того, преподаватель ты или студент, каждый мог высказать свое мнение, запустить на свой лад общественный двигатель. Ректор Шулус создавал свой город Солнца, но, очевидно, этот город не умещался в концепцию нашей суверенной демократии и его создателя отстранили от процесса.

Мы уже привыкли к неодобрительным высказываниям о вертикали нашей власти, которую, вместо народной поддержки, цементирует ОМОН, милиция, но чтобы такие же бравые ребята защищали и другую вертикаль, профсоюзную, это уже слишком. Шли обиженные люди к господину Шмакову. Можно было их пригласить в зал заседаний, поговорить по-доброму, но вместо Шмакова у здания Всероссийского дома Труда были выстроены милиционеры, рядом находился автобус с омоновцами. Шесть человек из делегации сразу увезли в отделение милиции, остальных стали уговаривать разойтись.

Профсоюзы состоят из добровольных ячеек, созданных в трудовых коллективах: профкомы, месткомы, исполкомы. Постоянные перевыборы, потерял доверие – уходи. Демократическая система вне государственных структур, разве могут существовать в ней для подавления инакомыслящих силовики? Порядок здесь наводится обыкновенным голосованием. Руководители ФНПР перешагнули через такие нормы, для укрепления своей власти стали брать напрокат омоновцев у государства, может быть, даже оплачивая их услуги за счет профсоюзных взносов.

Это было даже не увольнение Шулуса, ФНПР сделала рейдерский захват вольного города. Сейчас ответственные лица из этой Федерации пытаются доказать, что захвата не было, Академия, мол, и так на правах собственности принадлежит ФНПР. Напрасно выворачиваются наизнанку, проявилось два явных признака рейдерских захватов, смена директора, в данном случае ректора, и установка новой охраны у входа. Самое прискорбное, что здесь попытались захватить ни здание, собственность, а сам дух, интеллект человека.

В Академии не только обучают студентов, здесь сосредоточена фундаментальная наука наших профсоюзов. ФНПР давно хочет создать на базе этого заведения свою пиар-компанию, с её помощью подновлять лозунги, старые уже не привлекают внимание. Схватились за теорию социального партнерства, но в руках этой организации она оказалось просто ритуальным обрядом. Название есть, а пользы для работника никакой. Чтобы партнерство было равноправным, справедливым, нужно постоянно понуждать работодателя, бороться за свой интерес, в том числе и с помощью забастовок. Аморфными профсоюзам, которыми являются структуры ФНПР, это не под силу.

Существовал в Академии центр профсоюзного и рабочего движения, руководил им кандидат наук Юрий Миловидов. Этот центр и должен был искать омолаживающие средства для дряхлеющих профсоюзов. В личных беседах со Шмаковым Миловидов доказывал, что нельзя укрывать свое бездействие за показными акциями протеста, на городские площади выводят в основном профсоюзных функционеров с требованием к какому-то не опознанному лицу, а может к самому Богу. Нужно требовать все это, в том числе и повышение зарплаты, от конкретного работодателя, оживлять профсоюзную работу внизу, на заводах и фабриках.

Юрия Миловидова за это вольнодумие уволили, он восстанавливался через суд, но работать ему не дали, в конце концов, ему пришлось уйти.

Знаю не понаслышке нравы этого круга, побывал в этой обойме, в 1991 году меня попросили помочь реформировать старые профсоюзы, у меня были большие связи в рабочем движение, сложившее понятие о том, как должны выглядеть эти рабочие организации. Получил пост пресс-секретаря, помощника тогдашнего председателя ФНПР Игоря Клочкова. Этот человек, настоящий боец, мы с ним были единомышленниками. В помощь мне была создана рабочая группа, я ездил по стране, знакомился с рабочими лидерами, привязывал их к штабу ФНПР. Чтобы показать вид на профсоюзы ФНПР снизу, мы пригласили нескольких рабочих лидеров на очередной Пленум. Один за одним выходили необычные гости на трибуну. Рассказывали, как выслуживаются перед хозяевами предприятий старые профкомы, их председатели. Один, второй выступающий. В зале было много людей похожих на нынешнего Шмакова. Солидные люди, а стали топать ногами, свистеть. Оскорбленные рабочие покинули зал – не туда попали, ошиблись адресом. К такому мнению пришел и я, понял, что с этими людьми нельзя реформировать старые профсоюзы. Написал заявление по собственному желанию, хлопнул дверью. Игорь Евгеньевич тоже долго не продержался, на очередном съезде ФНПР убрали и его. Этот съезд стал продолжением того же пленуму, на котором освистывали рабочих лидеров, все те же люди. Много было у них претензий к Клочкову, возмутило делегатов и то, что он не одобрил штурм Белого дома в 1993 году. Избрали председателем своего человека, Шмакова. Это и есть сейчас независимые профсоюзы. Правда, неизвестно от кого независимы, с партией власти они в одной упряжке, работодателю тоже в рот смотрят, очевидно, независимы от самого работника. Как сказала недавно Элла Памфилова, глава Совета при президенте России по содействию развитию института гражданского общества и прав человека: «Я считаю, что среди современных руководителей профсоюза дееспособных уже нет. Это остатки прежних, а новые ещё не сформировались».

По словам Булгакова, москвичей испортил квартирный вопрос, а аппаратчиков ФНПР, свела с ума, доставшая им бесплатно собственность советских профсоюзов, то есть собственность народа, разбросанные по всей стране гостиницы, санатории, спортивные сооружение, это добро вкупе тянет не меньше чем на 6 миллиардов долларов. Профсоюзные функционеры превратились из защитников рабочего человека, в обыкновенных коммерсантов, продают эту собственность, сдают в аренду, прячут доходы, переписывают фирмы на своих детей, пристраивают их на масляные места.

Бедному Шмакову пришлось много судиться с газетами, авторами статей, которые рассказывали о различных его семейных фирмах, выросших из профсоюзной собственности, где главным распорядителем был его сын Виктор. Председателю приходилось доказывать, «я не я, и фирма не моя». Очевидно, так и не сумел доказать, в средствах массовой информации до сих пересчитывают эти объекты.

Подобный народный обвинительный процесс против разбазаривания профсоюзной собственности идет по всей стране, боссам, родом из ФНПР, приходиться оправдываться, вчинять иски газетам, как бы те несправедливо приписали на их имена фирмы, которыми они не владеют. Правовые отделы региональных советов брошены на борьбу с этими «клеветниками», до защиты рабочего человека от социального беспредела руки у них не доходят.

Вот, к примеру, ополчились газеты против сына председателя профсоюзов Курганский области Романа Назарова. Папаша поставил его смотрящим за областными санаториями, организовали ради этого ЗАО. В этой конторе, чтобы побольше урвать для хозяев, даже обслуге санаториев стали искусственно задерживать зарплату. Было судебное разбирательство, санатории передали в государственную собственность, арестовали имущество ЗАО, оно хранилось на опечатанном складе, когда открыли, там было пусто, куда-то делись автобусы, легковые машины и даже пожарная машина.

Взятие вольного города

Вот и Алексея Шулуса уволили только потому, что очередным деткам нужна была своя доля, а он оказался на пути. Академию захватила семья первого заместителя Шмакова, курирующую Академию, Татьяны Фроловой. Цинично в этой акции выглядит то, что приватизировали ни станки и здания, а головы ученых. Сначала распоряжением сверху назначили проректором сына Фроловой, Владимира Малышева. В его активе техникум, потом вечерний институт и мама начальник. Он оказался единственным, среди шести проректоров без научного звания. Потом мать решила и дочери выделить что-нибудь для приданного. В начале апреля этого года Шулусс отказался выполнить указание мадам Фроловой о создание в вузе Управления кадров, с назначением на должность начальника её кровинушки Александры Лариной. Создание такого управления повлекло бы дополнительные расходы в объеме 7-8 миллионов в год, что противоречило антикризисной программе, одобренной Ученым советом академии. Об этом Шулус доложил в личной беседе 13 апреля Шмакову, добавив при этом, что профессиональные и личностные качества Лариной не соответствуют столь высокой должности. Она является студенткой 4 курса юридического факультета, а должна будет расставлять по местам профессоров и прочий научный народ.

После отказа подчиниться распоряжению Фроловой начались финансовые проверки деятельности Академии, как бы та оказалась на грани банкротства. Изъято 175 документов. Все эти проверки были надуманными, за четыре годы не было ни одной задержки заработной платы, выполнены все обязательства по налогам, нет долгов по кредитам. После финансового налета, запустили ещё один снаряд, ФНПР подготовила новый проект Устава Академии. Этот документ оказался вовсе не уставом, а набором инструкций, распоряжений для подчиненных. Фактически отменялась автономия вуза, положенная по закону. Вместо Ученого совета управляющим органом объявлялся Попечительский совет, в который входят четыре представителя от ФНПР, для Академии оставили приставной стул для  ректора. Созвать конференцию трудового коллектива можно теперь только с разрешением Попечительского совета.

Ученый совет ознакомился с таким подобием на устав и отверг его. Для убедительности решил обсудить эту подделку на конференции коллектива. Узнав о демократической инициативе, Фролова забеспокоилась, потребовала отменить конференцию. Коллектив все-таки выдвинул делегатов на конференцию, и на ней при одном воздержавшемся, 235 человек подтвердили негативное отношение к проекту предложенного устава.

ФНПР не смог стерпеть непослушания, 24 июня Шулуса вызвали на заседание исполкома. Когда заседание началось, его, заслуженного деятеля науки РФ, Лауреата государственной премии, в совершенстве знающего английский, немецкий, испанский язык, читающего на них лекции, как нашкодившего мальчишку, не дав сказать слова в свою защиту, вывели почти за ухо за дверь. Немного позже в кабинете Шмакова ему продиктовали, что он уволен и для передачи дел должен срочно вернуться в Академию. У кабинета ректора уже находились охранники ФНПР, через два часа Шулусу вручили трудовую книжку, вычеркнули его роль из вновь созданного сценария. Исполняющим обязанности ректора был назначен Владимир Малышев. Операция завершена, объект благополучно захвачен семьей Фроловой.

Коллектив Академии не хотел мириться с таким положением, 25 июня в защиту ректора собрали чрезвычайную конференция. На неё приехал даже вельможный Шмаков. Возмущенные люди попросили его назвать истинные причины увольнения Шулуса. Шмаков торопливо зачитал выдержки из каких-то анонимок и удалился.

Составили петицию, с неё и отправили делегация на следующий день к Шмакову, как уже говорилось выше, её разогнали. Новый ректор принялся сразу за дело, стал подавлять бунт своими методами. Началась санитарная обработка личного состава. Каждого вели в кабинет, как по коридорам тюрьмы, с охранниками, только руки назад не заламывали. Одним в грубой форме предлагали подписать готовые заявление на увольнение, другие под диктовку писали объяснительные записки, от третьих требовали называть фамилии недовольных. Многим после таких доверительных бесед приходилось вызывать скорую помощь. Увезли для госпитализации начальника управления делами Академии Ольгу Рассоху, руководителя отдела по трудоустройству и работе с выпускниками Елену Киселеву, увозили других. Так ломали дух вольного города.

Запугать не удалось. Идет народ на квартиру к Шулусу, здесь находится штаб сопротивления. На большом листе бумаги, прикрепленном к стене, как на лекции, расписаны фломастером фамилии и организации, которые помогают найти этим людям справедливость. Штаб напоминает гудящий улей, одни пишут письма, другие уходят на встречи, на смену им приходят новые добровольцы. Сможем ли мы всем миром защитить от рейдеров из ФНПР право на свободу и профессиональную деятельность этих людей, защитить вольный город, называемый АТиСО, возможно ли это теперь в нашей стране?

Альберт Сперанский, председатель Совета общероссийской общественной организации «Рабочие инициативы»

ИА «ИКД»

опубликовано:  24.07.2009          www.ikd.ru

 


<< Предыдущий разделК оглавлениюСледующий раздел >>

 
 

24.04.2016

Путин даже не вспомнил о профсоюзах

31.03.2016

Медведев переплюнул Шмакова

10.02.2016

Как профсоюзники «освоили» 90 миллионов

09.01.2016

Деление и вычитание

15.10.2015

Торговцы в профсоюзном храме

22.07.2015

От «откатов» до заката

Сегодня

18.10.2017
Яндекс.Метрика


Ссылки
Санатории России

 

115093, г.Москва, ул. Люсиновская, д.39, стр.5, подъезд 1, этаж 4

Тел.: 8 (909) 632-91-46

e-mail: profcenter@inbox.ru

Разработано в 2004