Центр поддержки
профессиональных союзов
и гражданских инициатив
Низы опять не хотят жить по-старому

В январе 2005 года российские профсоюзы отметят свое столетие. Они возникли в тот исторический момент, который христоматийно называют революционной ситуацией: “низы не хотят жить по-старому, верхи не могут управлять по-новому”. В числе требований революционных масс значилась и свобода объединяться для защиты от произвола фабрикантов в профсоюзные организации. Монархия в стране сменилась большевистской властью, которая на рубеже тысячелетий, в свою очередь, уступила место новому строю. В советские времена профсоюзы были, по определению Ленина, школой коммунизма. Что же такое они сейчас? Школой чего они должны стать в коренным образом изменившихся условиях для шахтера, землепашца, сельского учителя, столичного ученого? Капитализма? Борьбы за гражданские права? Трехстороннего сотрудничества с властью и новыми хозяевами заводов, газет, пароходов? Над этими вопросами вместе с нашим корреспондентом размышляет исполнительный директор Центра поддержки профсоюзов и гражданских инициатив, кандидат исторических наук Юрий МИЛОВИДОВ

- Юрий Николаевич, логично прежде всего прояснить цели и задачи вашего Центра. В какой поддержке нуждаются профсоюзы? В одной только Федерации независимых профсоюзов России, правопреемнике советского ВЦСПС, числится 35 миллионов человек. А еще есть новые профсоюзы - Соцпроф, НПГ и множество иных, дополняющих систему ФНПР. Это ж какая сила!..

- А долги по зарплате - притом, что она нищенская - достигают 24 миллиардов рублей, травматизм на рабочих местах растет, за массовую гибель людей на стройках и шахтах никто не отвечает. И работники абсолютно бесправны перед произволом работодателей. Это происходит потому, что нынешние профсоюзы абсолютно неэффективны. Люди платят взносы по привычке, совершенно не влияют на решения профсоюзных верхов и ни от чего в них не защищены. В нашей ситуации страна должна была захлебнуться в забастовках, а глава государства как положительный факт отмечает их отсутствие. Только сильные, влиятельные профсоюзы способны реально поставить под контроль капитал. Не прокуратура, не МВД, не власть, а объединения людей труда, которые могут на равных договариваться с работодателем. Содействовать формированию таких объединений, искать и поддерживать прогрессивных лидеров и намерен наш Профцентр. Председателем его Совета избран Михаил Кислюк, возглавлявший рабочее движение конца восьмидесятых - начала девяностых годов, бывший председатель забастовочного комитета Кузбаса, ставший потом губернатором Кемеровской области. Генеральный секретарь - новгородский вице-губернатор Владимир Подопригора, лидер Демпартии России. Мы никем не ангажированная региональная общественная организация, открытая для сотрудничества со всеми - рабочими, крестьянами, политическими партиями и движениями, любыми профсоюзными объединениями, включая ФНПР, и любыми государственными и гражданскими структурами.

- И получается? Сотрудничество с ФНПР, например? В вас не видят конкурентов?

- Нам действительно приходится разубеждать людей, что мы не профсоюзная, а общественная, гражданская организация. Например, на постоянно действующий профсоюзный семинар (ПДПС), который собирается ежемесячно, мы приглашаем и лидеров профсоюзов, входящих в ФНПР. Но там жесткий запрет на участие в наших мероприятиях, хотя отнюдь не все готовы ему без-оговорочно подчиняться. Дело не в том, что в нас видят конкурентов. Скорее в том, что неэффективная в рыночных условиях профсоюзная система, доставшаяся нам от советского строя, не хочет, а самое главное - и не может стать иной. Она существует в полном согласии с властью и капиталом - это при том, что профсоюзы по определению оппозиционная структура! - и никакая инициатива снизу, угрожающая ее благополучию, ей не нужна.

- А как ваш Профцентр поддерживает инициативу снизу? Призывает народ к забастовкам, агитирует в забоях и на полевых станах?

- К нам обращаются, и мы помогаем в конкретных конфликтных ситуациях. Такая ситуация возникла, например, в Челябинской угольной компании, руководство которой договорилось с профсоюзом угольщиков об увеличении рабочего дня на 1 час и отмене дополнительного отпуска, положенного горнякам по закону. Кстати, председатель этого профсоюза, входящего в ФНПР, - помощник генерального директора компании по общим вопросам. Интересно, правда? Ну как он мог перед работодателем отстаивать права четырех с лишним тысяч членов своей организации? А вот Независимый профсоюз горняков - в нем тогда состояли больше двух тысяч рабочих - заявил: закон нарушать не позволим! Началась голодовка. На людей давили, заставляли выходить из НПГ, кому-то сулили премии, кому-то грозили - весь пакет средств индивидуальной обработки использовали. Мы подключились, когда атмосфера уже была предельно раскалена. Ездили в Копейск с вице-президентом Всероссийской конфедерации труда депутатом Госдумы Анатолием Семеновичем Ивановым. Пытались помочь начать переговоры. Но столкнулись с открытой агрессивностью руководства, нас даже на шахты не пустили. Мы, конечно, с шахтерами и без этого пообщались. Ничего нового, к сожалению, не открыли: страх и забитость. Рабовладельческие отношения фактически.

Профцентр обратился с письмами ко всем депутатам, в Генпрокуратуру, федеральным инспекторам труда. Депутаты сделали свои запросы. Выехала государственная комиссия и сделала вывод: действия хозяев компании противозаконны.

- И рабочие победили?

- Да, но в организации НПГ от двух тысяч осталось несколько десятков человек. Каждого не заставишь быть героем. Однако это временное отступление. Костяк, без сомнения, будет наращивать мускулы. Все получили очень хороший урок.

- Юрий Николаевич, вот вы провели в июле Всероссийский рабочий съезд, отметив тем самым пятнадцатилетие массовых шахтерских забастовок. Приняли одиннадцать резолюций - это по сути обширная программа действий для рабочего движения, его стратегии, тактике, принципах самоорганизации наемных работников. Но вопрос-то в том, что движение это в реальности почти незаметно. И ни о каком единстве в нем говорить не приходится. Сложно было даже сам съезд подготовить...

- И все же он состоялся. Хотя делалось все, чтобы идея провалилась. Лидеры некоторых профсоюзов, вначале ее поддержавшие, перешли на сторону объявившей нам войну ФНПР. Логика этой войны в том, что по нашей инициативе создана организация под названием “Народный трибунал”. Первым принятым им к рассмотрению стало дело о профсоюзной собственности. А это очень серьезно. Стоимость имущества, переданного ФНПР после распада ВЦСПС, колоссальна: санатории, дома отдыха, гостиницы, учебные заведения, стадионы, здания и многое, многое другое. Куда уходят доходы от них, на какие деньги профбоссы становятся богачами - это профсоюзная тайна. Когда три профкома пермских заводов опубликовали запрос о местной профсоюзной недвижимости и мы их поддержали, глава ФНПР Михаил Шмаков немедленно сделал в ведомственной газете “Солидарность” заявление, что это не наше дело. Хотя на самом деле как раз - наше и их, поскольку профсоюзная недвижимость создавалась общим трудом всех рядовых членов. И они имеют полное право потребовать отчета у избранных ими профлидеров, как эта собственность управляется, на что идут доходы. Видимо, для кого-то такие расследования представляют большую опасность, а Профцентр - следовательно, угрозу.

В съезде принимали участие три десятка профсоюзных лидеров ФНПР. В их числе председатель горкома профсоюза работников военно-морского флота города Гаджиев Мурманской области Светлана Синицина. За то, что позволила себе выступить, ее записали во враги ФНПР и теперь подводят под увольнение. Человек, которому поручили найти на Светлану Леонидовну компромат, признался: за это квартиру пообещали...

- А чем, кроме собственности, занимается “Трибунал”?

- Дело № 2 - расследование трагедии на шахте “Тайжина” в Кузбасе. Мы будем добиваться, чтобы виновные в ней были наказаны, и чтобы Генпрокуратура вернулась к расследованию обстоятельств гибели шахтеров. Что же касается съезда, то он не только состоялся, но и преобразован в постоянно действующий орган. Второе заседание намечено на 8-9 января 2005 года и посвящено столетию Кровавого воскресенья, первой русской революции и появления массовых российских профсоюзов. Это будет очень хороший повод посмотреть на динамику развития страны, сравнить, за что тогда боролись - и что имеем сейчас. Какую зарплату, какую свободу слова, собраний, профсоюзов. Тогда, как мы выяснили, зарплата российского рабочего была в четыре раза меньше, чем американского. Сегодня - минимум в пятнадцать.

- Можно ли сказать, что идеологически Профцентр ближе к левым - или правым - силам?

- Ни в коем случае. У нас принципы равноудаленности от всех партий. В съезде, например, участвовали и коммунисты, и члены СПС, и “Яблока”, и социал-демократы. Наша идеология в том, чтобы искать социально активных людей, которые могут объединять работников для защиты своих прав. К нам недавно приезжала делегация с тульского оборонного завода. Молодые, по 29-30 лет инженеры, кандидаты наук. Завод делает первоклассное оружие, которое по всему миру продается, а зарплата - 3 тысячи рублей. “Что делать?” - спрашивают. А делать надо вот что: прежде всего собраться у себя на заводе и задать вопрос, почему 3 тысячи рублей, а не долларов, - директору, председателю профкома. То есть объединиться и стать не аморфной рабсилой, а равноправным оппонентом работодателя.

- Нашего читателя прежде всего, естественно, волнует проблема трудовых взаимоотношений на селе. Понятно, что и там схема объединения крестьян для ведения диалога с работодателем та же. Но это - схема. По жизни все гораздо сложнее. Против кого бороться в деревне, если доходы хозяйства таковы, что еле-еле концы с концами сходятся? И председатель этого нищего АО не мироед вовсе, и всем ясно: поднимет зарплату - разорится хозяйство, под банкротство пойдет!..

- В повестке нашего январского съезда первым стоит вопрос о развитии рабочего движения за 100 лет, вторым - о земле. Вот и будем говорить, почему деревня доведена до нищеты. Если оплата труда так унизительно мала, значит, надо высказать претензии к власти, которая не способна трудовые отношения организовать, создать условия для достойного образа жизни. И никуда от этого не деться. Мы, между прочим, обязаны, коли вступаем в ВТО, поднять зарплату в разы. Она должна быть не 2-3 тысячи рублей, а 20-30, в том числе и у крестьян.

- Откуда же возьмутся на это деньги?

- А откуда они берутся у тех, кто их вывозит за рубеж? У олигархов, подпольных богачей? Я рассказывал о конфликте на копейских шахтах. Эту проблему курировал областной вице-губернатор Тимашов, который очень агрессивно к нам отнесся. У него через полгода следственные органы нашли четыре миллиона евро. Под кроватью. А что у него на банковских счетах? Вот эти деньги - откуда?

- Для меня всегда было загадкой, отчего хозяева разорившихся банков или предприятий не становятся бедняками, не расплачиваются с долгами своим имуществом, особняками, яхтами. Все при них остается...

- Маленькие зарплаты - это наш парадокс. Из-за них мы вынуждены занижать цены на все. Чтобы развивалось ЖКХ, надо платить за квартиру не 800-1000 рублей, а 5 тысяч. Чтобы крестьянин мог продавать по мировым ценам зерно, покупать технику, булка хлеба должна стоить 40-60 рублей. И так во всем. При нормальной зарплате население становится главным инвестором национальной экономики. Предпринимателей на селе и в городе нужно освободить от удушающих налогов, а подоходный налог с физических лиц поднять. И каждый месяц присылать человеку квитанцию: доход - 30 тысяч, налог - 9. Из них 4% - на армию, 6 - на образование, 10 - медицину. Чтобы человек понимал, что он содержит и армию, и ФСБ, и войну в Чечне. Вот тогда мы станем и инвесторами - покупателями недвижимости, товаров, акций, и профсоюзы настоящие появятся - потому что будет что защищать.

- Так прямо стихийно, снизу, со всей неизбежностью?

- Мы говорим о самоорганизации социально активных людей, которые будут способны вести равноправный диалог с властью и капиталом. Умный, не бандитский капитал заинтересован в этом не меньше, чем работники. Потому что понимает: надо делиться доходами, чтобы в стране была стабильность. Мы же недаром вспоминаем ситуацию столетней давности, когда возникли союзы фабрично-заводских рабочих, народничество, кружки освобожденного труда, “Земля и воля”. Ждать, что профсоюзы возникнут стихийно - бесперспективно, хотя во всем мире они начинались с разговоров - за чайком у кого-то в доме или пивком на завалинке. Разумеется, нужно заниматься просветительством. Нужно вытаскивать людей из состояния, когда они протестуют против нищеты тем, что либо перестают голосовать, либо провода воруют или пашут на своих грядках, добывая там пропитание.

- Значит - объединяться, требовать, наращивать мускулы? Сильные профсоюзы в этой концепции выглядят прямо-таки панацеей от нищеты и бесправия...

- Нигде в мире ничего другого не придумали.

  Ольга БОГУСЛАВСКАЯ

  «Сельская жизнь», №84, 28 октября- 3 ноября 2004 года

 


<< Предыдущий разделК оглавлениюСледующий раздел >>

 
 

31.10.2017

Путин опять позабыл о профсоюзах, зато профбоссы успели его «лизнуть»

24.04.2016

Путин даже не вспомнил о профсоюзах

31.03.2016

Медведев переплюнул Шмакова

10.02.2016

Как профсоюзники «освоили» 90 миллионов

09.01.2016

Деление и вычитание

15.10.2015

Торговцы в профсоюзном храме

Сегодня

14.12.2017
Яндекс.Метрика


Ссылки
Санатории России

 

115093, г.Москва, ул. Люсиновская, д.39, стр.5, подъезд 1, этаж 4

Тел.: 8 (909) 632-91-46

e-mail: profcenter@inbox.ru

Разработано в 2004